СРЕДНЕВЕКОВЫЕ ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ
ВОСТОКА И ЗАПАДА

РАШИД АД-ДИН

ПЕРЕПИСКА

ПРЕДИСЛОВИЕ СОБИРАТЕЛЯ ЭТОЙ ПЕРЕПИСКИ ¹

Во имя Аллаха милостивого и милосердного!

Хвала, начала которой не достигают крайние пределы восприятия, хвала, в выражении которой бессильно самое далеко идущее воображение, подходит лишь чистому божественному представлению, которое одним взглядом находит тысячи тайных драгоценностей и лучезарных цветов. Во имя следования Ахмаду Мухтару превратил он великих ученых и образованных людей мира в ныряющих в полноводное море знания. [Он] — всемогущий, который из тайн небытия и из моря вечности перенес все существующее на берег появления.

Он — знающий, который украсил небесные своды недвижимыми звездами и планетами и без посредства опор преднамеренности и веревок размышления возвысил шатры небосвода, [как сказано]: «И Мы устроили небо крышей охраняемой» (Коран, XXI, 33). [Он] — создатель, который скатерть земли подобно жилищу парфюмера украсил различными [видами] базилика, [который] |стр. 3| возвысил ² навес из кипарисов и бука и водой из облака оросил [подобную] невесте зелень сада, [ибо сказано]: «Аллах ниспослал с неба воду, оживил ею землю после ее смерти» (Там же, XVI, 67). [Он] — мудрец, кто напитком, «в котором лечение для людей» (Там же, XVI, 71), излечил измученных в пустыне любви и страждущих в пустыне привязанности, [который] свет веры и луч уверенности сделал причиной их избавления от горя и [того, что] они откинули покрывало. Стихи (Са’ди, Бустан, Введение): [62]

Ничья спина не исключена из поклонения.
В его речах нет места пальцу, [указующему на ошибки].
[Он] извечно делающий добрые дела и одобряющий добрые поступки.
Перстом судьбы [он] рисует во чреве.

Сто тысяч благословений, которые оставляет в душе ветерок, [напоенный] амброй откровения, и смысл приветствий, который оставляет в душе влюбленных желание вкусить сладость наблюдения, [пусть будут обращены] к священной могиле, к озаренной [божьим светом] святой гробнице господина всего сущего, гордости творения, предводителя живущих, лучшего и высшего [из] людей, султана праведных, последнего из пророков Мухаммада Мустафы — да благословит его Аллах и да ниспошлет ему мир! Стихи (Низами, Сокровищница тайн, стр. 19):

Ахмад — пророк, разум — земля, [по которой он ходят].
Оба мира приторочены к его седлу.
[Он] — самый новый гиацинт в степи [божественной] красоты,
Отборнейшая жемчужина моря [божественных] тайн.

|стр. 4| *Стих:

Скажи тем, кто надеется на заступничество Ахмада:
Благословите его и приветствуйте.

И к его родственникам, последователям и друзьям, которые являются хранителями присутствия божественности и имеют доступ за завесу божества, ко всем к ним да будет милостив всевышний Аллах!

А затем. Составитель этой переписки и собиратель этих писем, презренный и ничтожный Мухаммад Абаркухи ³, говорит, что он был удостоен чести служить господину, владыке и султану над везирами времени; властелину смертных; образцу для наиболее знаменитых и благородных; лучшему из [63] лучших и из славнейших; везиру, обладавшему признаками султанов ⁴; Асафу, [имевшему] достоинство Сулаймана; Бузурджмихру, [обладавшему] могуществом Хосрова; Аристотелю, [обладавшему] величием Александра; Платону, [обладавшему] мудростью Лукмана; [представлявшему собой] кладезь щедрости, море милости, россыпь перлов познания, источник прекрасных цветов кротости, ка’бу целей и намерений, средоточие желаний и стремлении, опору столпов государства; собирателю отдельных [частей государства]; основателю благотворительных учреждений; учредителю законов благотворительности; защитнику призираемых и благочестивых; [тому, кто] уничтожал сущность порока и непокорности, [кто был] солнцем на небе главенства средоточия ⁵, полюсом страны наказания, жемчужиной ларца достоинства, звездой созвездия торжества, пловцом моря познания, землемером площади щедрости, древом сада великодушия, прозрачной водой пруда верности, [тому, кто] развязывал узлы трудностей и разрешал трудные дела, [кто являлся] ключом замка существования и светильником ночей намерения Рашиду ал-Хакк ва-д-Дунйа, опоре ислама и мусульман Фазлаллаху — да увековечит всевышний Аллах дела его и да распространит свидетельство его на оба мира! Стихи:

[Он] тот, щедрость из сада милости которого
Делает желания не пустой болтовней .
[Он] тот, в руке даров которого золото
Подобно воде в решете.

[Итак, когда я был удостоен чести] служения ему, он особенно отличал этого [ничтожного] раба всяческим милосердием и различным вниманием и надевал на [него] халат отличия и одежду принятия. Он говорил, что нет более высокого достоинства, чем обогащать сердце светом тайн познания [бога] и качеств божественного милосердия, и что нет большей красоты, чем поднять говорящую [сущность] души до знания бесконечности [божьей] милости, а это счастье [64] достигается благодаря беседам с учеными и образованными, [людьми]. На основании изложенного этот ничтожный превратился в ловца жемчужин знания и перлов мудрости из моря, наполненного драгоценностями учености. Согласно [сказанному] «черпайте знания из уст людей» он добыл знания из созерцания . Касающийся неба дворец господина жителей мира [Рашид ад-Дина] был [местом] собрания ученых и местом обитания [людей] образованных, и большую [часть] времени и большинство [часов этот ничтожный] проводил в дороге собеседования и общения с ними. Поэтому счел [он] обязательным собрать несколько колосьев из урожая знаний этого господина (Т.е. Рашид ад-Дина) и сохранить [их] в память о нем. Поскольку каждый из ученых [нашего] века и образованных [людей нашего] времени собрал несколько изящных высказываний и редкостных, возбуждающих красноречие и содержащих риторические [красоты], изречений, этот [ничтожный] раб, входящий в число этих [людей] и включенный в их собрание, также лучшим образом и наиболее хорошим способом собрал эту книгу Саваних ал-афкар-и Рашиди. Каждое послание, которое в присутствии этого ничтожного нанизал [Рашид ад-Дин] с помощью рассыпающего жемчуг калама и сеющей драгоценности кисти на нить изложения и собрал в пространство выражения, сделал я самым первым в сборнике красноречия и превратил в заглавную [часть] книги переписки. Я привел в этом собрании каждое письмо, которое написали ему государи [разных] сторон и правители [различных] стран, дабы государи мира и знатные [люди] времени признали возвышенность его звания и величие его достоинства. [Ведь] никому из смертных не доставалось столь беспредельной власти и такого счастья! Слава Аллаху, что благодаря цветам его искусства и его редкостного [красноречия] подарил я чистую свежесть и нежную зелень этому напоминающему гулистан бустану, чтобы стали [эти цветы красноречия] нежными [65] собеседниками во время путешествия и остроумными собеседниками для ищущих знаний и ораторов. Стихи (Са’ди, Гулистан, Введение):

На что тебе лоток с розами?
Возьми лист из моего Гулистана.
[Ведь] роза живет всего пять-шесть дней,
А этот Гулистан постоянно будет приятен.

Надеюсь, что эта [книга] будет встречена благосклонным взглядом знатных и получит долю с накрытого стола внимания господ [нашего времени]. А если прочтение ее [вызовет] благословение со стороны обладающих проницательностью и знанием, [то] помянут они добрыми молитвами и сочинителя и составителя.

Стихи (Са’ди, Гулистан, Введение):

Остаются на годы эти стихи и [это] сочинение,
А каждая частица нас превратится где-нибудь в прах.
Цель в том, чтобы оставить след о нас,
Потому что не вижу я постоянства у бытия.
Быть может, кто-нибудь благочестивый
Великодушно помолится о делах бедняков.
Воистину Аллах не забывает о награде за добродетель!

*Стихи (Са’ди, Гулистан, гл. VIII (пер. Р.М. Алиева)):

О ты, глядящий в эту [книгу], проси Аллаха помиловать.
Сочинителя ее и сам прости писателя.
Бери для себя все полезное, что найдешь в ней,
А после этого помолись за переписчика.

Письма, которые великий господин, блаженный, мученик, ныне почивший, — да будет с ним милосердие и прощение, [божие]! — привел в ряд написания и изложения, таковы.

Сочинение этой книги относится ко времени везирата жемчужины раковины везирства и звезды созвездия власти, султана везиров обоих миров, квинтэссенции верующих в [66] единство божие Гийас ад-Даула ва-д-Дина Мухаммада ⁶ — да сделает Аллах ясными его доводы [в день Страшного суда]! Мир тем, кто следует праведным путем, и да будет благословение Аллаха над самым лучшим из созданий [бога] — Мухаммадом и его родом!

№ 1 ⁷

Во имя Аллаха милостивого и милосердного и у него просим помощи! ⁸

[Лишь] хвала, в изложении даже части которой бессильны читатели вселенной — «и нет вещи, которая не хвалила бы его», — и восхваления, в написании даже строки из которых слабы пальцы писцов дивана воображаемого и возможного — [ведь если бы даже] «все дерева, какие есть на земле, сделались бы письменными тростями, и после того это море обратилось бы [в семь морей чернил: то и тогда слова божий не переписаны будут]» (Коран, XXXI, 26 (пер. Г.С. Саблукова)), достойны господа бога — да прославится величие его и да умножатся дары его! — который лучшие времена и часы [в жизни] благочестивых людей украсил обязанностью молитв и поклонения ему. Он украсил страницы деяний и слова людей, умеющих проникать в сущность обстоятельств, изящными поминаниями [бога]; превратил в русло различных упоминаний [бога] молитвы, [сходящие] с языка человека, а скрижали их сердца сделал источником |л. 2а| различных помыслов [о творце]. Стихи:

Хвала тому, кто научил язык упоминать его!
Хвала тому, кто создал сердце для размышлений о нем!
Восхваление твоей святости выше того, что можно выразить.
Восхваление твоего величия — доказательство всех повествований.
Благодаря свету твоей красоты в каждой голове есть частник тайны [истины].
Из-за изумления перед твоим величием в каждом сердце есть дума.

Вода просьб о прощении смывает пыль несчастий и огорчений с лица жизни каждого грешника — [ибо сказано]: [67]

«Просите прощения у Господа вашего» (Коран, LXXI, 9), — а скрижали духа и искреннюю душу каждого человека доброго поведения он украсил тайными рисунками, ибо [Аллах] «украшает ею [верою] сердца ваши» (Там же, XLIX, 7 (пер. Г.С. Саблукова)). Стихи:

В садах, где влюбленные говорят о любви к тебе,
Каждую минуту соловей появляется на розовом кусте.
В душе познавших [тебя] из-за радости, [что ты существуешь].
Каждый миг на скрижалях сердца появляется другой образ,
Сладкоголосого соловья описания, [который] на ветвях.

.............................................................................................. ⁹

Стихи

О ты, имя которого бог упоминает лишь с почтением,
О ты, существование которого упорядочивает вереницу пророков,
О ты, имя которого достославный престол запечатлел,
Как свое собственное имя, на страницах своего существования
Твои торока — крепчайшая опора, [и] Гавриил
Из почтения прикасается к ним рукой, взывая о помощи.

Бескрайнее восхваление и бесконечное благословение ¹⁰ святой и безгрешной душе ведущего по праведному пути; последнему из пророков; жемчужине пути посланничества; самой яркой звезде созвездия руководства [на пути истинной веры]; звезде в созвездии избранничества; жемчужине дороги обращения на истинный путь; почитаемому и избранному Мухаммеду Мустафе — да благословит Аллах его и его род и да приветствует! — и священным гробницам четырнадцати безгрешных праведников, каждый из которых в точном познании |л. 2б| тайн науки [подобен] бесконечному морю; и семье [пророка]; и [его] друзьям, каждый из которых [сам] предводитель в убежище опоры шариата и старший в высоком дворце послушания [богу]. И не только это. Они те, за кем идут последователи, они — путеводители к убежищу истинного пути. [68]

Сподвижники мои — как звезды, за которыми вы следуете и идете прямым путем ¹¹. И особенно господин повелитель правоверных и имам благочестивых, лев веры и убийца язычников — да осчастливит Аллах победителя! — победитель всех победителей, совершивший чудеса и явивший диво, то есть Абу-л-Хусайн ‘Али ибн Абу Талиб — мир ему и благословение! — и весь [его] чистый род и [все] добродетельные ближние. Стихи:

Каждый наделен частицей луча истины.
Они горды [своим] положением среди тех, кто близок богу.
Они руководят людьми на пути истины.
Они — звезды на небе шариата.
Все они пловцы в море искренности.
Они соловьи в саду шариата [Мухаммеда] Мустафы.

[Благословение] и последователям, и их приверженцам до дня Страшного суда! Мир тем, которые придерживаются правильного пути и истинной веры! ¹² О люди, поклоняйтесь вашему богу, который вас сотворил! Бог — да прославится величие его! — предписал благочестие и повиновение божественным предписаниям. А [слово] «приказ» означает обязательность, как то доказано в Китаб-и усул-и [фикх], ибо если государь отказывается от выполнения повеления милосерд-»ого [бога], то не должен он ждать подчинения от своих подданных, поскольку его Доброта по отношению к подданным [отнюдь] не больше благоволения бога |л. 3а| к нему [самому].

У Ибрахима Адхама спросили: [Как быть?] Всевышний бог соизволил сказать: призовите меня, и я вас услышу (Коран (прим. М. Шафи’ — ? — А.Ф)), — а мы зовем его, но он не принимает нашу мольбу. Он ответил: Это потому, что вы знаете его, но не повинуетесь ему; вы знаете пророка, но не следуете его заповедям; |стр. 5| вы читаете ¹³, но не поступаете согласно этому и не благодарите бога за его дары.

Вы знаете, что существует смерть, но не готовитесь к ней и не верите [в нее]. Вы беспечны по отношению к своим недостаткам, но занимаетесь недостатками других. [69] Возблагодарите же небо, что с него не сыплются на вас камни, раз вы так поступаете. Если [же] ты будешь подчиняться богу и следовать пророку, то получишь счастье в обоих мирах. Ты не видишь ¹⁴ [того], что если человек разговаривает с группой [людей], то он становится похожим на них. На нем остаются следы их несчастья, если они несчастны, и, [наоборот], он становится счастливым, если они являются обладателями счастья. [Однако] разум повелевает, что не было и не будет счастливее, чем Мухаммад Мустафа — да благословит его Аллах и да ниспошлет ему мир! Стихи:

Все, что есть в этом мире, — это результат общения [людей].
Иначе как могла бы [горечь] ивы обрести цену сладости (?).

Итак, всякий, кто хочет, чтобы к нему повернулось лицом счастье этого и того мира, должен повиноваться богу и держаться за подол лучшего из сотворенных [Мухаммада Мустафы]. И этого не достичь иначе, чем повиновением обязательным предписаниям и запретам. А обязательные предписания подразделяются на две части: отказ и принятие, или, [как] их [еще] называют, |л. 3б| запретное и предписанное. Предписанное [в свою очередь] бывает четырех видов.

Первый вид — [это то, что] имеет отношение ко всем частям тела, как то: очистительные омовения, омовения, намаз, пост, хадж, зекат ¹⁵ и джихад. И это называют добрые дела, ибо всевышний так соизволил сказать об этом народе: «Те же, которые уверовали и творили благое... [им их награда у Господа их»] (Коран, II, 277). |стр. 6| Второй ¹⁶ вид [это то, что] относится [только] к некоторым частям тела, а именно к языку. И это называют чистым словом, а также словом благочестивым и словом правдивым, так как сказал всевышний: «Разве ты не видел, как Аллах приводит притчей доброе слово? Оно — как дерево доброе...» (Там же, XIV, 29). И еще сказал он: «О те, которые уверовали! Бойтесь Аллаха и говорите слово прямое» (Там же, XXXIII, 70). [70]

Третий вид относится к душе. И это щедрость и скромность, великодушие и правдивость, терпеливость и упование на бога и тому подобное. Это называют хорошими [душевными] качествами. И каждую душу, которая украшена этими, качествами, называют убежденная душа, и она становится, достойной приблизиться к богу, так как сказано: «О ты, душа успокоившаяся! Вернись к твоему Господу довольной и снискавшей довольство» (Там же, LXXXIX, 27 и 28).

Четвертый вид относится к сердцу. И это называют истинная вера, познания и добрые убеждения, так как сказано: «У этих написал Аллах в их сердцах веру и подкрепил их духом от Него» (Там же, LVIII, 22). А совокупность всех этих поступков называется справедливостью.

Запретные вещи и поступки также бывают четырех видов. Первый вид относится ко всем частям тела, как, например, воровство, употребление хмельных напитков, непослушание матери и |л. 4а| отцу, прелюбодеяние и другие провинности, которые относятся ко всему телу. И это называют явными проступками.

Второй вид относится к душе. Это — скупость, надменность, алчность, злобность, сластолюбие и т. п. Это называют дурными нравами и тайными проступками, так как сказал всевышний бог: «Оставляйте и явный грех и скрытый» (Там же, VI, 120).

Третий вид ¹⁷ имеет отношение к некоторым частям тела — и это язык, как то слова «многобожие», «ложь», «сплетни» ¹⁸ и «клевета». И это называют дурными словами и порочными [словами], ибо соизволил сказать всевышний [бог] |стр. 7|: «А притча о скверном слове: оно — как скверное дерево» (Там же, XIV, 31).

Четвертый вид относится к сердцу, и его называют безбожием, многобожием и порочными убеждениями. А все эти виды вместе называют запрещенными и безнравственными деяниями. [71]

Поскольку сущность повиновения [и того, как надлежит] служить богу , стала известна, [то вот] маснави ¹⁹:

Так поклоняйся ему в обоих мирах,
Как будто ты видишь его перед собой.
Хотя глаза твои его не видят,
Бог твой видит тебя.
Не приходи на молитву нехотя
С путающимся под ногами подолом спеси.
Поскольку ключ к молитве — твоя чистота,
Знай, что преграда [к ней] заключается в твоей порочности.
Все, кроме истины, сожги и уничтожь,
Очисти себя ото всего, кроме веры.
Зависть, гнев, скупость, вожделение и жадность,
Клянусь богом, не дают тебе заниматься молитвой.
Пока у тебя внутри нечистота,
[Это] значит, ты не совершил омовений. А как без этого?
Когда двери сердца открывает молитва,
Случается то, что хочешь.

|л. 4б| Благодаря его споспешествованию «да» (Лен. рук. (л. 4б): ***) друга

Встречает тебя на дороге счастья.

[Один раз окажи]: «О, господи!» — и двести раз [тебе ответит]: «Вот я!»

Одно приветствие от тебя — и тысячу [ответных приветствий] тебе.

ПИСЬМО, НАПИСАННОЕ УПОМЯНУТЫМ АВТОРОМ — ДА БУДЕТ НАД НИМ МИЛОСТЬ [БОЖЬЯ]! — ВЕЛИЧАЙШЕМУ МАУЛАНЕ МАДЖД АД-ДИНУ ИСМ’АИЛУ ФАЛИ ²⁰ — ДА БУДЕТ ОСВЯЩЕНА ДУША ЕГО!

Да будет Утарид (Планета Меркурий), который является везиром престола ²¹ шахиншаха неба, собирающим перлы пользы из [подобных] блестящим жемчужинам [строк], написанных пером истинного господина! [72]

|стр. 8| Вчера ученые этого государства спорили относительно смысла [слов] «везир» и «везират» и их производных и как хотели, так и украшали древо красноречия. Среди них и [я], ничтожный раб, нуждаюсь в получении наставления. Поскольку владычество людей мудрости и красноречия обрела достоинство и украшено благодаря принадлежности [к ним] Вашей милости, было бы неплохо, если бы я, Ваш покорный слуга, смог получить пользу относительно [разъяснения] смысла [слова] «везират».

Если по великодушию и соизволите [что-нибудь] разъяснить относительно этого, то это присоединится к прежнему [Вашему] благосклонному отношению к [Вашим] покорным слугам . Да возвысится преуспеяние наставления [на истинный путь] слуг Вашего высокого порога! По милости его и щедрости! ²²

№ 3

ОТВЕТ ВЕЛИЧАЙШЕГО МАУЛАНЫ — ДА СДЕЛАЕТ АЛЛАХ ПРОХЛАДНЫМ ЕГО СМЕРТНОЕ ЛОЖЕ!

Да будет Муштари, который является султаном неба благополучия и дарования счастья, собирающим колосья на ниве совершенств ангельских качеств властелина живущих и Асафа времени! Хотя вначале при появлении этого дела — вопроса, который является предметом спора ученых той стороны, — «Подобно мне все они были бессильны и растерянны» ²³ [и хотя сам] «я не в силах распорядить для себя ни полезным, ни вредным» (Коран, VII, 188 (пер. Г.С. Саблукова)), однако [в силу] всенепременности приказа |л. 5а| подчинение намеку, сделанному господином, обязательно.

Говорят, [что] «везират» — это ношение тяжести, и [одни] говорят, [что это слово происходит] от [слова] «визр», т.е. [73] отягощающее деяние, а [другие] говорят — от «вазр», т.е. «прибежище». Слово же «везир» — или от первого, или от второго, и каждое из них сюда подходит, ибо [везир] несет бремя государства, так же как к нему прибегают [в случае] опасности.

Да будут лучезарными солнце мира, сверкающее в центре вращающейся небесной сферы, и сияющая на просторах небес луна в златой короне, а обладатель величия да будет средоточием почтения и источником милосердия! По милости его и щедрости! Мир вам!

№ 4

|стр. 9| ПИСЬМО, НАПИСАННОЕ СЫНУ, ЭМИРУ ‘АЛИ, ХАКИМУ АРАБСКОГО ИРАКА, В ОСУЖДЕНИЕ НАСЕЛЕНИЯ БАСРЫ ²⁴

Дражайший и превосходнейший сын ‘Али — да осчастливит его Аллах всевышний! Да будет [тебе] известно, что население Басры — да исправит Аллах всевышний его положение! — которое убивает справедливого и ласково обращается с притеснителем, превосходит население мира проявлением вражды и распространением непокорности. Их речи сладки снаружи, а внутри наполнены муками, а аромат их поведения — это [запах] бесплодной ивы. Светильник их без света, а их дом — осиное гнездо. Они покинули страну благочестия и далеки от большой дороги благоденствия. Отсутствует у них эликсир верности, и дом их веры разрушен; дары их запретны, а их молитвы не достигают неба; разум их примитивен, а природа подавлена. Солнце их благочестия и луна их веры находятся в затмении. Украсив базар единодушия бойкой торговлей лицемерием и убрав цветник щедрости усердием алчности, жатвой лишений и урожаем вероломства, они любят кровопролитие и |л. 5б| расправу. Стихи: [74]

Все они друзья лицемерия и обмана,
Как будто они друзья сатаны.
Страсть и вожделение владеют их сердцем,
Их празднословие пусто, как колокол ²⁵.

Теперь не следует проявлять нерадивость в их наказании и беспечность в их устрашении. Народ этот [надлежит] держать между страхом и надеждой, проявлять по отношению к ним то скупость, то щедрость и сделать так, чтобы солнце их благоденствия склонилось к закату, а звезда их упований скрылась за кометой несчастья.

Поскольку я полностью доверяю твоему мнению, сын [мой], нет необходимости в чрезмерном многословии. Мир вам!

№ 5 ²⁶

|стр. 10| ПИСЬМО, НАПИСАННОЕ СЫНУ, ЭМИРУ МАХМУДУ, ХАКИМУ КЕРМАНА, ОТНОСИТЕЛЬНО НАСЕЛЕНИЯ БАМА ²⁷

Свет очей и плод сердца сын Махмуд — да сохранит его Аллах всевышний! — целую глаза [твои] и сообщаю, что источник [снедающего] меня огня тоски и искр пламени разлуки не таков, чтобы его можно было потушить и успокоить чем-либо, кроме освежающей воды свидания с этим воплощающим добрые качества сыном. Сильное желание и стремление превзошли [возможности] описания и пером и каламом и [возможности] устного рассказа [или] письма. Поэтому [я] отказываюсь от рассказа, полнота печалью разлуки и жалобой на раны, [нанесенные ее] шипами, и говорю: * Стихи:

Мир вам! Как горька разлука с вами!
Как хорошо было бы умереть до того, как мы разлучились!
Быть может, тот, кто по своей воле управляет деяниями [людей],
Соединит нас после разлуки [так], как мы были прежде.

Хотя жестокости рока и притеснения переменчивой судьбы есть причина чередования различных бедствий и разного рода беспокойств и страданий, [которые] доставляют [75] различные печали и |л. 6а| скорби сердцу и душе испытуемого [судьбой], однако что можно поделать? Исполнится то, что угодно богу. Полустишие:

Что может помочь, когда таков круговорот судьбы?

Аллах свидетель, что по случаю разлуки сосуд для вечерней молитвы превратился для этого грустного сердца и [наполненной] печалью груди в близкое горе и всегда находящуюся рядом скорбь. Стих:

Без думы о тебе дом моего счастья в руинах,
Без свидания рассказ о происходящем со мной — вымысел.

|стр. 11| [Однако] твердо упование на обилие божьей милости и стр. благость божьего промысла, [ибо сказано]: «Не отчаивайтесь в утешении божьем» (Коран, XII, 87) и «Не отчаивайтесь в милости Аллаха» (Там же, XXXIX, 54). Подует ветерок милости — и на увядшем древе надежды появятся листья и зелень, а из мрачных ночей разлуки встанет утро свидания. *Стихи:

Я не теряю надежды на то, что [Аллах]
Соединит нас еще лучше, чем то было раньше.

Если будет угодно всевышнему Аллаху, создатель — да возвеличится дело его и да усилится власть его! — дарует как можно больше возможностей приятной встречи. По милости его и щедрости! Воистину он всемогущ!

Цель написания этого письма и сбора этих рассказов заключалась в том, что доносчики довели до нашего слуха, что этот сын протянул руку насилия над жителями и поселенцами Бама и в тигле жадности поставил их на огонь нужды. [Они] в изнеможении из-за тафавут ²⁸, таклифат-и дивани ²⁹ и беспрерывности государевых хавалат ³⁰, а [также] [76] по причине калана ³¹, купчура ³², чарика ³³ и различных ихраджат ³⁴. Их атакует |л. 6б| войско забот, в стране их радости и квартале веселья [раскинулся] стан воинства скорби и лагерь войска раскаяния. Сломана лютня их стремлений, связаны их ноги [для] бегства, свернут ковер их радости, разорвана, завеса их чести и стыда, они согнуты, как крюк под когтями: бедствий, и, как флейта, рыдают от душевной тоски. Стих:

Огонь несправедливости сжег ваш дом,
Игла несправедливости зашила наши глаза..

Бог всеведущ и всезнающ! Сообщение об этих новостях: [поселило] в нас такую печаль, что она не вмещается в пределы возможного. Теперь, исправляя содеянное, надо сделать так, чтобы эти бедняки вышли из обиталища унижения и ничтожества и из жилища страданий и печали и подобно соловьям пели бы сладкозвучные песни в садах спокойствия и безопасности, в цветниках |стр. 12| милости и благодеяния. Стих:

Воссияло солнце милосердия,
Оно вращается на небесах справедливость.

Те, кто блуждают на чужбине по пустыне печали, возвратятся в привычные жилища и принадлежащие [им] места. И пусть в течение трех лет с них [ничего] не требуют в виде калана, купчура ³⁵, тайарата ³⁶ и таклифата в диван Кермана и Главную орду, дабы их разоренные края и пустеющие пашни возвратились в состояние благоустройства и возделанности. [И тогда] луна их достатка вырвется из ущербного состояния бедности и сковывающих их пут забот и воздержания.

Из доходов с наших поместий и с земель , которые расположены в вилайете Бам |л. 7а|, пусть выдадут [им] столько, [77] сколько (Лахор, изд. ***; лен. рук. (л. 7а) ***) они захотят, семян, стоимость рабочего скота ³⁷, пособие ³⁸ и провизию , чтобы они спокойно занялись бы обработкой и возделыванием [земли] и помянули бы нас добрыми молитвами и благоухающими восхвалениями. Мир вам!

ПИСЬМО, НАПИСАННОЕ СВОЕМУ ГУЛЯМУ СУНКУРУ БАВАРЧИ, КОТОРЫЙ БЫЛ ХАКИМОМ БАСРЫ

Да ведает [наш] верный Сункур Баварчи, [пользующийся] всевозможной благосклонностью и [осыпанный] тысячами милостей, что, по слухам, сеющие раздор арабы по [той] причине, [что] «арабы самые упорные в неверии и лицемерии» (Коран, IX, 98 (пер. Г.С. Саблукова)), отклонились от широкой дороги согласия и вступили на путь раздора. Роды [племени] ‘Укайл согласны с ними в распространении непокорности и мятежа. Они совершают тяжелые, греховные проступки из-за непостоянных благ [сего мира], недозволенного имущества и стяжания приобретенного и не стараются по мере [своих] сил и возможностей на благо дивана в благоустройстве вилайета, в возведении построек, в земледелии и в успокоении ра’ийатов. Теперь надлежит, чтобы вышеупомянутый в противоположность [тому, как это] было [до сих пор], не упустил [бы] ни одной мелочи в их подчинении и приведении к покорности и назначил в [различные] округи страны достаточно справедливых наибов ³⁹ и достойных доверия амилей ⁴⁰.

Во имя укрепления дел веры |стр. 13| и процветания богоугодных заведений надлежит осыпать милостями такие из них, как мечети, места поклонения, михрабы, минбары, кладбища, священные мазары, медресе и ханака. [78]

Не следует давать власти |л. 7б| притеснителям, развратным людям, насильникам и испорченным [людям] над людьми добронравными и благочестивыми. Надо хорошо охранять цитадель Балас ⁴¹, которая является неприступной крепостью, мощной опорой, знаменитой твердыней и высоким убежищем. [Но] не трогай населения Саймаре, известного порочной верой и дурными взглядами. Следует проявлять полное и совершенное внимание в [оказании] почета и в приближении [к себе] казиев , в уважении и почитании величайших сейидов, в превозношении ученых, в уважении к шейхам и праведникам наших дней, так, чтобы спокойные сердцем, в хорошем состоянии они были [бы] заняты служением и поклонением богу, преподаванием и принесением пользы, научными диспутами и приобретением познаний.

Следует снискать расположение дехкан и земледельцев, которые вершат мирские дела, производят богатства рода человеческого и которым благодаря земледелию и хлебопашеству мир обязан процветанием.

Пусть купцы, от которых для всего сущего проистекает польза и выгода, находят удовлетворение и радость в торговле.

Охрана [же] от несправедливых требований и наказаний обязательна.

С воинами и [разными] видами войска, составляющими сущность могущества, надлежит обращаться милостиво, обходительно, с благоговением и благосклонностью, выплачивать им содержание и вознаграждение. И жалование и награды [следует] давать им год за годом, не допуская ни сокращения, ни задержки. Надо сделать так, чтобы у них не было нужды в насилии над ра’ийатами.

Покуда возможно, на всех непокорных арабов, |л. 8а| которые живут в отдаленных долинах и страшных пропастях, в крепостях и на островах, надень ярмо послушания и приведи их [79] к повиновению приказам. Каждому из них, кто раньше встанет на службу, |стр. 14| проявит приверженность, искренность и самоотверженность и обнаружит [свою] причастность и [свои] старания на [поприще] добрых дел, надо выдать жалование обильнее, чем обыкновенно, чтобы [тем самым] достичь успокоения их мыслей и страстей. А каждого из них, кто проявит непокорность или обнаружит вражду, — всех их согласно [сказанному]: «И обратили мы его в прах (Коран, XV, 25), — следует превратить в пищу меча и смерти.

Надлежит так взимать налоги и заниматься делами ра’ийатов, чтобы [это послужило] поводом для приобретения воздаяния и доброй славы.

Наши имения (), которые мы купили на собственные средства и которые расположены в Шамуте, Зини, на острове ‘Узма, в Зумайре, и другие, принадлежащие к округу Басры, — все их надлежит привести в возделанное состояние [с помощью] дождя справедливости и всяческого правосудия. Надлежит [далее] сделать так, чтобы обращенное в вакф странноприимного дома и дома для чтения хадисов, которые мы построили в квартале Шауке поблизости от больницы, тратилось бы на [их] нужды таким образом, как это определено.

[Кроме того], следует послать |л. 8б| в столицу Тебриз из лично нам принадлежащих [рабов] двести рабов [мужчин] и двести рабынь индийских, [а также] эфиопок, к.рви ⁴² и из других видов купленных чернокожих.

[Необходимо] постоянно докладывать нам связанное с состоянием дел и тамошними известиями и денно и нощно заниматься наказанием смутьянов и охраной страны и благочестивых [людей].

И пусть [Сункур Баварчи] не уклоняется от приказа! Мир вам! [80]

№ 7

|стр. 15| ПИСЬМО, НАПИСАННОЕ ОТ СВОЕГО ИМЕНИ И ПОСЛАННОЕ СЫНУ СЕСТРЫ, ХОДЖЕ МА’РУФУ, ХАКИМУ ‘ААНЕ, ХАДИСИЙИ, ХИТЫ, ДЖИББЕ, НАУСЕ, ‘АШАРЕ, РАХБЫ ШАФАСЕ И БИЛАД АЛ-‘АЙН ⁴³

Слова его — да прославится его могущество! — «О, если бы мои сограждане знали, что Господь мой простил меня и поставил в числе облагодетельствованных Им!» (Коран, XXXVI, 25 и 26 (пер. Г.С. Саблукова)).

Да ведает дорогой сын Ма’руф — да продлится жизнь его! — что его величество, покоривший мир ильхан — да увековечит Аллах его царствование и власть его! — знает, что оберегание пределов власти, соблюдение условий царствования и правления, защита границ веры и устройство дел всех правоверных (женщин и мужчин), укрепление веры, старание и постоянство на поприще правосудия, соблюдение интересов подданных и заботливость по отношению к слабым является непременным и обязательным долгом нравственного величия благочестивых государей и добродетельных властителей, а беспечность и небрежность в какой-нибудь из этих тонкостей доброславного шариата [или] в политике и в управлении внушают опасения и запрещены. Хвала всевышнему Аллаху и его щедрости, что великодушие падишаха ислама, постоянно изливающего справедливость и благодеяния на всех людей, нанизывающего бусы щедрости, развевающего знамя справедливости, покровителя стран Аллаха, защитника благочестивых Олджайту султана Худабанде Мухаммеда ⁴⁴ — и достиг всевышнего Аллаха его вопрос и привел он его к ожидаемому им счастью! — |л. 9а| направлено [именно] на это и намерения его относительно этого многочисленны, ибо (Причины его благоденствия и спокойствия в том, чтобы и разные знатные [люди] и простой народ — все подданные — были бы устроены и довольны; чтобы врата благоденствия и покоя были открыты для всех людей; чтобы по поверхности земли был разостлан ковер радости |стр. 16| и чтобы сохранить подданных посредством милосердия. [81]

Для завершения этого большого и важного дела и попечения об этих многочисленных и возвышенных добрых делах после [соблюдения] условий совещания и гадания ясное мнение падишаха и правильные мысли шахиншаха таковы: он потребовал, чтобы во все части страны и по всем дорогам послали умных и способных людей и [обладающих] справедливым сердцем хакимов и препоручили их усердию, способностям, опытности и знаниям решение важнейших и сложнейших вопросов тех мест, как религиозных, так и государственных. На основании этой мысли и [этого] дела [его величество] соизволил обратиться ко мне, ничтожному, с рассыпающими драгоценные камни [и] рассеивающими жемчуг словами: «Я хочу, чтобы каждый из твоих сыновей, которые издавна являются нашими верными слугами и на челе которых ясны следы истинной веры и от счастья которых веет, распространяя аромат, ветер верности и согласия, надел во время нашего правления царскую кабу и носил на голове шапку владыки вселенной ⁴⁵; мы изливаем на них свое великодушие, дабы до дня воскресения из мертвых навеки сохранились бы вечные следы этого на ланитах времени и страницах века.

Поскольку |л. 9б| на челе нашего ⁴⁶ личного слуги Джалала явны признаки счастья и благоденствия и он уже является некоторое время хакимом города Исфахана, для нашего светлого ума ясно, что Ирак и ‘Аджам ничтожен по сравнению с его великодушием и кажется малым при его нужде. Польза заключается в том, чтобы ты препоручил ему целиком всю область Рум, страну обширную и пространную, вверил ему управление этими сторонами — и сушей и морем, и городами и пустыней, передал ему области этой страны и украсил его нарядом власти и достоинством гордости.

[Твой сын] Маджд ад-Дин в течение многих лет старается у нас на службе и завоевал первенство на поприще справедливости среди подобных себе и равных. Среди служителей и лиц |стр. 17| приближенных, среди столпов государства и знати страны нет столь же опытных, как он.

Своим проницательным взглядом и правильным [82] размышлением разумно, различным образом проверяя и испытывая поведение и достоинство каждого из слуг — тюрок и таджиков, далеких и близких, мы не нашли [ни] среди слуг, [ни из] толпы служителей, кроме него, никого, кто был бы способен, к этому важному делу и большому занятию.

Поэтому [именно] ему среди равных и близких мы хотим поручить высочайший пост и дадим привилегии и пожалование и будем уважать и поощрять его; мы возвысим его до высшей должности, которая является пределом должностей к добродетели для государственных деятелей и искателей чинов и высоких званий. |л. 10а| И среди современников и среди близких друзей мы сделаем его [предметом] зависти, достойным всеобщей зависти живущих. Намерение наше заключается в том, чтобы, удостоив его чести пожалования [со своего плеча], препоручить ему ишрафство ⁴⁷ над страной Иран ⁴⁸ от границ реки Амуйе до последних пределов Рума и берегов реки Синд и отдаленных стран Мисра (Лен. рук. (л. 10а) ***) и государств Большой и Малой Армении и Диар Рабий ⁴⁹ до вилайета Балджуман и крепости Уник ⁵⁰, чтобы эмир Сутай и ходжа Таги ⁵¹, которые [оба] являются эмирами тумана, не могли бы протянуть руку узурпации и господства в этом вилайете. [Мы назначаем его] с тем условием, чтобы он сам присутствовал при нашем подобном небосводу дворе, а каждый вилайет из тех вилайетов, о которых было упомянуто, поручил тому, кому захочет из числа своих братьев, наибов и нукеров (сообразно с их возможностями) и не допускал, чтобы тюрки тех краев обижали ра’ийатов этой страны».

Раб шахских чертогов Рашид поцеловал губами уважения подножие царского трона, надел халат служения и самопожертвования и сказал стихи:

Я был пылинкой — и я стал солнцем,
Я был каплей — и я превратился в море,
Хвала [божьей] милости, что благодаря службе шаху
Я получил власть в этом мире. [83]
|стр. 18| Благодарение господу, что с божьей помощью
Я превратился в правителя счастливого царства.

[Государь] — да сделает Аллах вечным царство его и его правление! — когда увидел, что ничтожный раб и самый младший из слуг изящно изъясняется, воздавая благодарность за благодеяние, и раскрывает красноречивые уста, выражая в изящных словах непоколебимость сердца в любви к государству, изволил приказать, |л. 10б| чтобы как можно скорее написали оба эти указа совершенно определенно и крайне красноречиво. [Я, ничтожный] раб, когда увидел место восхождения звезды своего счастья озаренным солнцем благосклонности ильхана и нашел сад своей цели и желания зазеленевшим и цветущим [под] дождем [из] облака благодеяний хакана, из-за крайнего ликования и предельной радости тотчас же приказал панегиристу, т.е. маулане Шараф ад-Дину Вассафу ⁵², чтобы он написал два царских ярлыка и два царственных указа, содержащих мудрость, [подобную мудрости] Лукмана, и красноречие, [подобное красноречию] Сахбана, и чтобы дал в этих указах, которые являются добрым известием о победе и триумфе, полное и совершенное списание этой милости, [подобной] которой никто из властелинов не оказывал никому из [своих] рабов.

Теперь надлежит, чтобы этот сын (Так Рашид ад-Дин называет племянника), возрадовавшись этим известиям, считал покровительство ра’ийатам в числе необходимых [дел] и чтобы в благодарность за то, что день ото дня счастье мое увеличивается и умножается, не был [бы] невнимателен к положению обиженных и оскорбленных.

Да будет мир над первыми последователями!

Написано в ша’бане 690 г. [х. — сентябре—октябре 1291 г. н.э.], в городе Султанийа ⁵³. [84]

ПИСЬМО К НАИБАМ КАШАНА ОТНОСИТЕЛЬНО ПОСТОЯННОЙ ПЕНСИИ ⁵⁴ СЕЙИДУ АФЗАЛ АД-ДИНУ

Да ведают наибы Кашана, что в настоящее время сейид Афзал ад-Дин Мас’уд — да продлит Аллах его сейидство и да будут успешны его намерения и стремления! — прибыл в Главную Орду и доложил: из-за величины семейства |л. 11а| и ничтожности состояния не очищено место, где я питаюсь, и недостаточно [у меня] сил для того, чтобы заработать средства к существованию. |стр. 19| Я не получаю дождя [милости] ни из какого облака и не извлекаю блага ни из одного моря. Поскольку управление людьми и бразды [правления] жителями мира находятся в вашем владении и в вашей власти, я изложил лишь одно из ста и немногое из многого о положении этого несчастного и истории этого обиженного.

Согласно усиленной просьбе этого почтенного, который является основой квинтэссенции человеческого рода и наиболее знатным и родовитым [среди] населения мира, [и поскольку] великодушию великих везиров и знаменитых эмиров не подобает, чтобы во время их правления великие сейиды и благородные [и] почитаемые [люди] были опечалены бедностью и лишениями, последовал наш величайший приказ , чтобы ежегодно из налоговых [сумм] Кашана [сейиду Афзал ад-Дину] вручалось две тысячи золотых динаров. И пусть не требуют каждый год нового указа и сделают так, чтобы [к нам] возвратилась благодарность.

Занявшись из-за полного успокоения служением богу — да возвеличится дело его и да усилится власть его! — во время моления он помянет нас добрыми молитвами, и пусть [тем самым] для нас будут достигнуты постоянные моления и вечные похвалы. Несомненно, что ни у одного живого существа ни из тюрок, ни из таджиков, ни далеких, ни близких, [82] не будет силы для изменения и простора для переделки нашего приказа.

Надлежит, чтобы этот подарок ему считали постоянной пенсией и вечным даром ⁵⁴. «А кто изменит это после того, как слышал, то грех будет только на тех, которые изменяют это. Поистине, Аллах — слышащий, знающий» (Коран, II, 177). И да будет проклят всеми — Аллахом, его ангелами и |л. 11б| людьми — тот, кто будет стремиться его отменить.

Пусть все поступают согласно этому и когда [представленный им документ] будет украшен знаком нашей ал-тамги ⁵⁵ — верьте. Мир вам!

ПИСЬМО К СЫНУ, ЭМИРУ МАХМУДУ, ХАКИМУ КЕРМАНА, С ПРЕДПИСАНИЕМ НАСЕЛЕНИЮ КЕРМАНА

Пусть знает дорогой и почитаемый сын Махмуд — да продлит Аллах его жизнь! — что со времен падишаха Газана — да осветит Аллах могилу его! — город Керман находится в зависимости от нас. И уже некоторое время, как и население, и ра'ийаты, и поселившиеся там, и знатные, и большинство |стр. 20| знаменитых [людей] той стороны носят на челе знак служения нам, на шее — ожерелье наших милостей, а на языке [у них] — благодарность за наши добрые дела. С нашей же стороны доброта заботливости и попечения о них не достигают той степени и [того] размера, каковы они в пределах [наших] дум и в средоточии [нашего] понимания. В настоящее время, как слышно, по причине дороговизны съестных припасов и недостатка зерна они стали слабыми, подобно волосу, и тонкими, подобно тростинке, обратились в слушателей слова: «[Да поклоняются Господу сего дома], питающему их [во время] голода» (Там же, CVI, 3 (пер. Г.С. Саблукова)), превратились в тонущих в море скудости и горящих в огне нужды, а [испытываемые] [86] ими трудности достигли крайней степени и [самой] высокой ступени. В этом смысле [еще не] доходило до меня столько тоски и печали, подобных [размерами] горе, чтобы описание их вмещалось [лишь] на страницах небес и на листах равнины.

Обязанность [состоит в том], чтобы открыть двери наших амбаров и хранилищ ⁵⁶ дехкан и знати, которые существуют в Кермане и его вилайете, и назначить проворных нукеров, украшенных нарядом справедливости, дабы из [таких] вилайетов Кермана, как Бам, |л. 12а| Хабис и другие, они доставили бы грузы зерна и съестных припасов и продавали бы зерно по прежним ценам.

Сделайте так, чтобы [и] поселившиеся там, и местное население проводили жизнь в достатке и довольстве под охраной покровительства и сенью заботливости и милости этого дорогого [сына]. Они обретут покой в убежище безопасности и спокойствия и обиталище справедливости и благодеяния и скажут полустишие:

Это время поистине праздник.

Этому сыну и самому известно, что, исходя из [предписаний] долга, для правителей ислама, для повинующихся приказам и указам и для людей имущих является настоятельно необходимым и твердо установленным делом направлять все свои намерения и все стремления, согласно [изречению] «все вы пастыри и все вы отвечаете за благосостояние его подданных», на [охрану] спокойствия подданных, кои суть клады владыки всего сотворенного — да прославится могущество его! — и не упускать ни одной мелочи в обеспечении оснований справедливости и в открытии врат жизни. [Он должен] назначить в каждый округ , из вверенных ему округов, |стр. 21| богобоязненных хакимов, которые [озарены] светом справедливости, и [хакимов], которые соблюдением божественных предписаний и запретов восстанавливают традиции [87] добрых дел. Я полагаю, он слышал рассказ об ‘Амре ибн ‘Абд ал-‘Азизе ⁵⁷, ибо «если даже один ягненок пропадет на берегу реки, спросится в день Страшного суда». Затем. На основании этого не подобает, чтобы правители областей и покровители народа не замечали бы [какой-нибудь] мелочи в обстоятельствах [земных] созданий, являющихся слугами творца, и прятали бы ногу под полой воздержания. Наоборот, среди [людей] проницательных и опытных считаются достойными |л. 12б| одобрения стараниями и наиболее похвальными правилами гасить огонь, [снедающий] голодных, и одевать раздетых, и следует точно знать, что вознаграждением за добро является добро, как прямо сказано в Книге: «Награда за добро не добро ли» (Коран, LV, 60 (пер. Г.С. Саблукова)). Стих:

Когда может счастье стать твоим другом?
[Тогда], когда добро станет твоим делом.

А наказание за зло — зло (В лен. рук. (л. 12б) последнее слово опущено), как красноречивое слово [о том] приведено в ясном айате: «И кто сделал на вес пылинки зла, увидит его» (Коран, XCIX, 8). Полустишие:

Воздаянием за зло в мире также является зло.

Теперь надлежит, чтобы из-за сострадания и совершенства милости им бы не отказали в снисхождении к их положению и из доходов наших имений , которые расположены в этом вилайете, пожертвовали бы тысячу харваров ⁵⁸ зерна и две (В лен. рук. (л. 12б) опущено) тысячи манов ⁵⁹ фиников женатым многосемейным [людям], беднякам, нищим и бездомным беднякам, дабы воздаяние за эти воистину добрые дела защитило от превратностей судьбы, а жители мира увидели бы следы наших добрых дел и услышали о заботливости нашей благотворительности. Мир вам! [88]

№ 10 ⁶⁰

|стр. 22| ПИСЬМО С НАСТАВЛЕНИЯМИ И УВЕЩЕВАНИЯМИ, НАПИСАННОЕ СЫНУ, ХОДЖЕ СА’Д АД-ДИНУ, ХАКИМУ АНТАКИИ, ТАРСУСА, СУСА ⁶¹, КИННАСРИНА, АВАСИМА и [МЕСТНОСТЕЙ] ПО БЕРЕГАМ ЕВФРАТА

Сын Са’д ад-Дин — да продлится жизнь его! — [которому] свойственно большое милосердие, пусть знает, что, когда благодаря не требующей признательности щедрости и чрезмерности не имеющей недостатков благосклонности творца — да славится величие его и [да будет] возвеличена его милость! — этот дорогой [сын] был посажен на трон власти и могущества и глас благосклонности всевышнего даровал ушам его разума [возможность услышать] призыв: «Мы сделали тебя наместником на земле: суди же среди людей по истине» (Коран, XXXVIII, 25), — а десница вечного [божественного] предопределения |л. 13а| украсила изречением: «И вознесли мы его на высокое место» (Там же, XIX, 58) — своды арки чертога Кайвана (Планета Сатурн) его высокого положения, нам представлялось, что этот сын должен постоянно стараться в оберегании подданных, в покровительстве всем слабым людям и [что и] во времена могущества и силы, и во времена правления и власти опояшет [он] талию души поясом рвения к важным делам малых и больших, молодых и старых, низких и благородных, сильных и слабых. [Нам казалось, он] должен твердо знать, что доброе имя будет причиной воздаяния в обоих мирах и [причиной] приобретения доброй славы и большого счастья, [казалось до тех пор], пока в настоящее время не довели до наших ушей, что вилайеты Тарсус, Сус ⁶², Антакийа, Киннасрин, Авасим и местности по берегам Евфрата, которые представляют [собой] огромную страну и громадную область, [где расположены] дворцы государей Рума и пастбища жестокого и несправедливого правителя, стан неисчислимого войска и стоянка [89] огромной армии, порученные теперь этому дорогому [сыну], |стр. 23| из-за крайней разоренности превратились в жилище ворон и обиталище ежей. Все добродетельные и миролюбивые люди переселились из этих областей, а зло и заблуждения напали на эту страну. А этот дорогой [сын] постоянно занят питьем вина и слушаньем музыки и беспечен (Лен. рук. (л. 13а) ***) относительно того, что власть и величие не могут быть приобретены иначе, как только [с помощью] справедливости, а исполнение важных дел и оберегание людей не приобретаются иначе, как только заботой о [вверенных] сторонах и управлением ими. О сын! Удержи узду желания от совершения запретных вещей и от развлечений , |л. 13б| которые не приносят ничего, кроме бесславия. Не сходи с пути божественного шариата и сияющего пути совершенствования, который [только и] является правым и прямым путем, и в благодарность за то, что бог — да возвеличится дело его и да усилится власть его! — поставил тебя над своими рабами и дал [тебе] превосходство над своими слугами, тотчас же исполни дела находящихся в беде и притесняемых. Справедливыми мерами выведи из расстройства и приведи в нормальное положение состояние повиновения войска (Лен. рук. вместо *** дает ***) и свиты, которые изменили закону благожелательности и почтения.

Поскольку ты обрел силу распоряжаться всем в этом мире, расходуй благородное время на превозношение повелений бога и счастливые времена на возвеличивание силы улемов и почитание [людей] добродетельных. Благодаря [своему] великодушию и справедливости группу непокорных, которые укрепились в мощных горах и неприступных крепостях, всех их сообразно со [сказанным]: «И препирайся с ними тем, что лучше» (Коран, XVI, 126) — приведи в ярмо повиновения и покорности. Воздержись от несправедливости и греха в лучшую пору юности [90] и расцвета молодости, когда наиболее велика сила дьявольских искушений и наиболее обширно пространство телесных забот. |стр. 24| Добродеяния, угодные богу, предпочитай погоне за тщетой падишахства. Предпочитай подражать поведению святых (Лен. рук. (л. 136) вторая часть фразы опущена), чем следовать примеру образа жизни государей. Посмотри, ничего, кроме изображения, не осталось от великого чертога Сулаймана и ничего, кроме имени, [не сохранилось] от недосягаемой высоты поста Асафа, как сказал всевышний Аллах: «Разве не разъяснил он им, сколько мы погубили до них поколений; они ходят по их обиталищам.

|л. 14а| Поистине, в этом — знамения, разве они не послушают?» (Коран, XXXII, 26).

*Стихи ⁶³:

Время принесло им изменение, и все они исчезли,
Как будто бы они все заранее договорились о свидании.

Стихи

Не осталось ни чаши Джамшида, ни царства Фаридуна.
Не сохранилось ни царственного венца, ни богатства Каруна.
Все шахи, которые обладали миром,
Всё оставили, когда пришла смерть (В лен. рук. последнее полустишие опущено).

Теперь сколько можешь — помоги бедным и будь путеводителем для скитальцев. Маснави:

Если ты хочешь овладеть страной —
Подай руку упавшим,
Не вонзай жало в душу беспомощных,
Не наноси ран сердцу несчастных.
Отвори двери справедливости,
Рань душу тиранов.
Каждый шах, отличительное свойство которого — справедливость.
Дорог творцу. [91]

Не давай большие дела маленьким людям и не поручай значительных дел людям ничтожным. Каждому из своих слуг, |стр. 25| согласно слову божьему: «Ты не видишь в творении Милосердного ⁶⁴ никакой несоразмерности. Обрати свой взор: увидишь ли ты расстройство?» (Коран, LXVII, 3) — дай дело, которое он в состоянии выполнить. Не принуждай просящих молить о благодеянии, ибо говорят: «Обещание благородного человека — это наличные [деньги] и безотлагательность, а обещание низкого человека — это оттяжка и отговорка». Оттяжками не делай несовершенной сущность щедрости, так как говорят: «Всякая вещь портится, а доброе имя портится от оттяжки».

Насколько можешь, прославь себя верностью [своим] обещаниям и правдивостью [своих] обязательств, потому что в словах людей красноречивых и в притчах людей зрелых приведено, что «Если благородный обещает — он выполняет». *[Стихи]:

Если окажешь о чем-нибудь «да» — то выполняй.
Поистине, слово «да» — это необходимый долг благородного человека.
А иначе — скажи «нет», и это будет тебе полезно.
Чтобы люди не оказали о тебе «обманщик».

|л. 14б| Разыщи бедных, которые обитают в жилище унижения и пренебрежения, а фирманы своих амилей укрась тугрой: «Они кормят едой, несмотря на любовь к ней бедняка, сироту и пленника» (Коран, LXXVI, 8). Налог с ра’ийатов собирай по прежним законам. Считай превыше всех самых важных дел угодить господину. Не взимай казначейские тауфират и тайарат-и дивани ⁶⁵ и не бери лишнего ни насильно, ни добровольно.

В реестрах амилей вилайетов вычеркни новые налоги и сотри со страниц диванских дел прежнюю несправедливость. [92]

Пресеки жадность притеснителей и прекрати ложное владение вакфами гробниц святых, |стр. 26| рабатов (Лен. рук. вместо *** дает ***), мечетей и мазаров. Возврати прежним владельцам большие деревни и поля, которые годами при малейшей неясности [в документах] переходили в сферу распоряжения дивана. Не обременяй свою совесть и совесть этого немощного тяжестью прегрешений, [за которые воздастся на том свете], и расходуй на медресе, храмы, мосты, бассейны, мазары и ханака той области в тысячу раз [больше того, что захвачено в диван], ибо сказал бог восхваляемый и всевышний в славном Коране о положении людей хороших, делающих добро, и дурных людей, творящих зло: «В тот день всякая душа найдет представленным то, что она сделала доброго и что она сделала злого. И захочет она, чтобы между ней и этим было великое расстояние. Остерегает Вас Аллах от Себя самого — поистине, Аллах милостив к рабам» (Коран, III, 28). Ведущий праведным путем, лучший из пророков, щедрейший из щедрых, последний среди пророков Мухаммад Мустафа — мир ему и благословение! — |л. 15а| говорил о делах государей, отличающихся справедливостью, и [о делах] недостойных уважения правителей-тиранов, что каждый эмир племени будет призван в день Страшного суда со связанными руками, пока не будут его руки развязаны справедливостью или же [пока] не постигнет его тяжелое последствие.

Каждому из имамов и благочестивых людей той стороны дай от своих имений , движимого имущества и собственности, которые ты приобрел в это время, ибо всё, что есть на свете, — всё подвержено исчезновению (Асар ал-вузара (тегер. изд., стр. 297) дает: ***). Стих:

Ничтожен ли капитал или велик —
В глазах мудрого человека он [все равно] незначителен.

Из доходов имений этого немощного, которые [93] расположены в этой области (Лен. рук. (л. 15а) вместо *** дает ***), час за часом и мгновение за мгновением раздавай милостыню всем без исключения жителям и путникам, прибывающим и отбывающим, появляющимся и присутствующим. [Что же касается] улемов, праведных [людей] и [людей] благочестивых, подвижников, сейидов, шейхов, чтецов Корана, знатоков фикха и знатоков хадисов и других достойных [лиц] из чужестранцев и [местных] горожан, из поселенцев и беглецов, которые посещают богоугодные заведения, созданные этим немощным |стр. 27| в Малатье и Антакийе, — расходуй на них то, что обращено в вакф этих заведений. Год за годом приведи в состояние благоустройства мосты, бассейны и дома, которые сооружены и восстановлены в этой стране благодаря нашему мудрому правлению, чтобы вознаграждение за это было получено в наши дни, и хвала нам была на языке людей [нашего] времени.

Поскольку в его украшающих мир мыслях существует доверие — больше не требуется растянутости в наставлении и увещевании. Мир вам!

№ 11 ⁶⁶

ПИСЬМО, НАПИСАННОЕ СЫНУ ‘АБД АЛ-МУМИНУ ⁶⁷, ХАКИМУ СЕМНАНА, ДАМГАНА и ХУВАРА, ОТНОСИТЕЛЬНО КАЗН МУХАММАДА ИБН АЛ-ХАСАНА ИБН ‘АБД АЛ-КАРИМА СИМНАНИ — ДА СМИЛОСТИВИТСЯ НАД НИМ ВСЕВЫШНИЙ АЛЛАХ!

Дорогой, почитаемый и славный сын ‘Абд ал-Мумин, прими привет. [Знай], что желание и стремление к достижению свидания с тобой выходят за пределы и [возможности] описания. Маулана, [являющийся] образцом [среди] равных и достойнейших, источником всевозможного благородства и добродетели, совокупностью величия щедрости с высотой нравственного величия, в описании совершенств которого недостаточны ни чары повествования, ни движения калама, [94] [маулана], обладающий браздами благосклонности и великодушия, присутствие которого возвышает благородных ‘Аджама, — правосуднейший вали, кази ал-кузат Шамс ал-Миллат ва-д-Дин Мухаммад ибн ал-Хасан ибн Мухаммад ⁶⁸ ибн ‘Абд ал-Карим ас-Симнани украшен совершенством и превосходством, свет его благородства ⁶⁹ и достоинства освещает завесу сомнений и колебаний. С помощью его определений укрепляются и [получают] предпочтение основы ислама и правила веры. По его приказам и запретам ⁷⁰ голуби веры поют с минбаров ветвей ее непреложности, что «в этот день не будет неправды» (Коран, XL, 17 (пер. Г.С. Саблукова)). [Среди] его почетных званий записано [звание] «вместилище шариата». Светоч истины и светильник тариката озарены светом его совершенства.

В настоящее время, направляясь к [своему] обычному месту пребывания и к своему жилищу , он доложил во время прощания и в минуту расставания, |стр. 28| что имеет селения и пахотные поля в округах Семнана, Хувара и Дамгана, которые полностью разрушены и опустошены из-за [взимаемых] диваном тавази ⁷¹, таклифат и ихраджат, истреблены и семена и рабочий скот . Полустишие:

В семье моей |л. 16а| сто [человек], а доход мой мал.

На основании этого в настоящее время решено, что впредь этот дорогой, родной и рассудительный сын будет придерживаться пути согласия и дороги дружбы с господином маулави, который является величайшим среди ученых, совокупностью совершенств, законодателем законов истины и [всевозможных] тонкостей , ключом врат благополучия и безопасности, сметающим следы зла и заблуждений, защитником благочестивых и истребителем порока. [Он] развевает знамя знаний и нанизывает перлы кротости, проверяет [95] ценности веры, [он] знает цену ожерелий верности. Считай себя в числе его искренних друзей и приверженцев.

Ни в коем случае не выдавайте хавале на его имения и не требуйте уплаты. Его имения , движимое имущество и вакфы (такие, как селения, пахотные поля , рынки, дома (Лахор. изд. *** ; лен. рук ***), мельницы, сады, большие караван-сараи (В лен. рук. опущено), бани), которые находятся в округах Семнана, Хувара и Дамгана, считайте освобожденными и избавленными от ‘авариза ⁷² и таклифат-и дивани и вычеркнутыми [из] записей. Переведи его наибам и вакилям в виде дара [ему] сто харваров пшеницы и ячменя и три тысячи акче-йи рукни, чтобы он истратил [их] на свои нужды.

На основании старых обычаев считай его кази ал-кузат этого вилайета, а судейские дела и блеск шариата Мустафы — мир ему и благословение и да увековечит Аллах его заслуги до Дня воскресения! — укрепи так, чтобы это стало причиной |л. 16б| гордости на этом и на том свете и чтобы вышеупомянутый [кази] — да увековечит Аллах его заслуги до Дня воскресения [из мертвых]! — мог прекращать вражду, решать тяжбы, [выносить] решения, отличать дозволенное от запретного и оберегать сторону слабых — бедняков и сирот. Ра’ийатам, поселенцам и знати вилайетов Семнан, Хувар и Дамган надлежит считать его кази ал-кузат тех мест и не преступать его слов и [того, что] он признает за благо. Остальные же кази, которые существуют в этом вилайете, |стр. 29| [или остаются] судьями согласно его назначению (Лахор, изд. ***; лен. рук. ***) [или же] удаляются от должности, [если он их] отстранит. Шариатские судьи в [его] присутствии ведут судебные дела согласно его предписаниям . [96]

Без сомнения, всякий, кто [посмеет] преступить его ⁷³ приказы, — [будь он] из [числа] близких или же чужестранцев и находящихся вдали, из пастухов или крестьян , из низких или знатных — понесет в ответ жестокое наказание и [жестокую] кару.

Пусть все поступают согласно этому, и когда [представит документ], украшенный [нашей] ал-тамгой и нашим знаком — верьте. Мир вам!

№ 12 ⁷⁴

ПИСЬМО, НАПИСАННОЕ ШЕЙХУ САДР АД-ДИНУ, СЫНУ ШЕИХА БАХА АД-ДИНА ЗИКРИЙА ⁷⁵, С СОБОЛЕЗНОВАНИЕМ ПО СЛУЧАЮ УТРАТЫ ИМ СЫНА

[Пусть] бог могущественный и великий, неизменно хвалимый и постоянно восхваляемый, сочтет достойной стана этого садра святости и полной луны руководства на пути истинной веры , образца [среди] справедливых, предводителя служителей истины, источника достоинств добродетели, собрания добрых дел и [хороших] качеств и свойств, ведущего людей [прямым путем] и открывающего истины, Джунайда времен, Ма’руфа эпохи, Мансура [нашего] времени, Шабли века, обладателя исключительной божественной милости, [того, кто] преодолел нечистоту человеческой [души], [кто] одарен свойствами пророков [и] украшен приятными качествами,— Садр ал-Миллат ва-д-Дина, блеска ислама и мусульман, одежду истинного существования (на рукава и полы которой [да] не посадит ветер судьбы пыль молчания гибели и необъятности смерти) и просторную кабу главенства (подола чистоты и ворота |л. 17а| чести которой [да] не коснется рука распоряжающегося владением небытия), [взятые] из сокровищницы [сказанного]: «Мы оживим его жизнью благой» (Коран, XVI, 99), — и [пусть сделает бог] явной и очевидной помощь божеской [97] мудрости и следы божественной милости на страницах дел и ланитах надежд |стр. 30| и упований этого [обладателя] похвальных качеств ⁷⁶.

Клянусь богом, [я], бедный раб и ничтожный слуга Рашид, постоянно посылаю приветствия, [полные] тысячи сожалений о разлуке и стремления увидеться , [приветствия] благоухание цветника которых [наполнят] ароматом [все] уголки сердца святых, а сияние [исходящего от них] света озарит уголки души добродетельных.

Каким языком может быть изложено ужасное событие с умершим сыном [этого] господина, когда жестокость удара, [нанесенного] судьбой, и ярость ее нападения преградили путь словам? *Стихи ⁷⁷:

Нет среди людей того, кто победил [бы] власть смерти,
И нет для защиты от смерти [достаточно] твердого удара.

Как ни велико несчастье и как ни горестно трагическое событие, однако нет иного выхода, кроме терпения, подчинения и покорности божественному предопределению и божьему |л. 17б| предначертанию, [ведь] «поистине, мы принадлежим Аллаху, и к нему мы возвращаемся» (Коран, II, 151), *Стихи:

Смерть — [это] чаша, и все люди осушат ее,
А могила — врата, и все народы войдут в них.

Стихи

Все мы — и стар и млад — принадлежим смерти.
Никто в мире не остается вечно!

«И, поистине, мы к Господу нашему возвращаемся» (Коран, XLIII, 13). Хотя разлука души с телом, которые [многие] годы были друг для друга сотоварищами и собеседниками, — [это] величайшее горе, однако в действительности от души, а не от тела [98] зависят наслаждение и стремление к достижению ступеней [совершенства] и [приобретению] превосходства.

Поскольку тело человеческое — на самом деле не более чем темница, то душе невозможно быть радостной в темнице несчастий и клетке тела, и она не обретет покоя и успокоения [до тех пор], пока не вернется в свое первоначальное обиталище и в свое естественное жилище. Свидетельством и доказательством этой мысли являются [и] предписание: «Пожелайте смерти, если вы правдивы!» (Там же, II, 8), — |стр. 31| и благовестие: «Ты ведь смертен, и они смертны» (Там же, XXXIX, 31), — и молитва Йусуфа Правдивого — мир ему и благоденствие! — «Упокой меня предавшимся Тебе и причисли к праведникам!» (Там же, XII, 102), — и указание «Я дошел до божьей Ка’бы», — и прекрасное обращение: «О ты, душа упокоившаяся! Вернись к Господу твоему» (Там же, LXXXIX, 27 и начало 28), — и просьба Мустафы — да благословит его Аллах и да ниспошлет ему мир! — «О боже! упокой меня бедняком».

[Пусть] всевышний бог дарует той святой и чистой душе тысячу успокоений и отдохновений и [пусть] превратит Он его священную могилу и высокую гробницу в место восхода солнц милосердия и в место, куда падают лучи славы! А этого почтенного [человека нашего] времени да сделает [бог] наследником жизни на долгие времена! И да сделает он [так], чтобы для его [погруженного в] созерцание взора и его [ищущих] откровения глаз стала явной и очевидной истина всего [относящегося] к вере и |л. 18а| к мирским [делам], тонкости внешних и внутренних качеств, чтобы [мог] он каждую вещь прочесть и увидеть таковой, какова она есть, [чтобы мог] он познать тайну [слов]: «Мы покажем им Наши знамения по странам» (Там же, XLI, 53) — и [тайну фразы]: «Покажи нам вещи, каковы они есть». И пусть он знает и различает бега от суеты сует , вечное от тленного, существующее от несуществующего, [99] сотворенное от извечного, жизнь от смерти, [чтобы мог] он отвернуться от первого ⁷⁸ и пойти навстречу второму. Если всевышнему Аллаху будет угодно, его бесподобная натура и его незаменимые качества всегда будут ⁷⁹ защищены и сохранены от несчастий времени и превратностей веков, [сохранены для того], чтобы у этого немощного был повод для преданности и благожелательности и чтобы и в уединении и в обществе, и в радости и в горе он мог произносить хвалу и разглашать похвалу этому господину.

Хотя я намеревался сказать много больше , |стр. 32| слезы, [текущие] из очей, смывали все, что я писал, и уничтожали все, что я изображал. *Стихи:

Сохрани Аллах от того, чтобы я
Уподобился лягушкам, обитательницам рек!
Когда они кричат, то наполняют [криком] воду,
А если замолкнут, то умрут от печали.

Этими двумя двустишиями заканчиваю теперь это полное горечи повествование. Стихи:

Хотя сломалась ветка в саду твоих высоких качеств,
Благодарение и хвала, что стоит тот корень, который является основанием.
И если исчезла одна роза из цветника твоей надежды —
Благодарение богу [за то], что на месте роза сада твоего бытия.

Поскольку приносящий [это] очень торопился, то пока, согласно [сказанному]: «Дар бедняка — это мелочь», — послал в дар в качестве подношения полустишие: «Все в доме остается хозяину». Если Аллаху будет угодно |л. 18б|, [посланное] будет принято. Уповая на безграничную милость и великую благосклонность [нашего] господина, этот немощный надеется, что он укроет его ошибки полой прощения и помянет его в [своих полных] благочестия утренних и вечерних молитвах. Мир вам! [100]

№ 13 ⁸⁰

ПИСЬМО, НАПИСАННОЕ В ОТВЕТ НА ПИСЬМО МАУЛАНЫ САДР АД-ДИНА ТУРКЕ ⁸¹

[Ваш] благородный ответ, [Ваше] любезное послание, наполненное дружескими чувствами и единодушием, получено. Аллах свидетель, что прочтение содержания и созерцание листов этого [послания] увеличили свет в глазах и радость в груди. Высказанная благосклонность и проявленное благородство — результат сущности ангельских качеств [того, кто представляет] квинтэссенцию времени и [является] единственным в мире, могут быть примером [этого] благоволения.

Для сердца и очей порядок смысла и формы и красота изображения |стр. 33| и слов были равнозначны [изречению]: «Оживляет мертвого и делает зрячим слепого» (Ср. Коран, III, 43). Стих:

Я и весел, я и смущен; я и радостен, я и печален:
Что, [если] я не смогу выполнить это поручение? (Бейт Са’ди (прим. М. Шафи’))

[Уже] сказано чрезвычайно одобрительно и безгранично похвально о редкостности изложения, о чудесах пера и пальцев [того, кто является] повелителем страны познания и убежденности.

То, что написано [Вашим] рассыпающим драгоценные камни и рассеивающим жемчуг каламом об опустошении Ирак-и ‘Аджама, [суть следующее]: нищета, лишения и терпение жителей Исфахана перешли последний предел и [достигли] крайней степени; они проливают слезы из глаз из-за того, что бесконечные несчастья времени, следующие друг за другом бедствия и горе неимущих [дошли] до крайности (Перевод по лен. рук. — в лахор. изд. текст испорчен).

|л. 19а| И хотя они желают довести до слуха столпов [101] государства и знати его величества [свой] полный горечи рассказ, они не могут описать [происходящее], потому что струящиеся из глаз слезы стирают то, что начал писать калам.

Основываясь на [этом], удовлетворение Вашей просьбы, [Вас], являющегося самой крупной жемчужиной в ожерелье главенства и перлом раковины величья, обязательно. В настоящее время мы посылаем в ту сторону ходжу ‘Али Фирузани ⁸², который уже много лет состоит на службе этого ничтожного и является человеком деятельным и опытным, совершенным и справедливым, чтобы он в вашем присутствии заново составил действующий сейчас канун (***; в лен рук. *** опущено) Исфахана и смыл ⁸³ старые дафтары, которые появились во времена тиранов-тюрок и битикчи-притеснителей.

Мы определили, что обязательства населения Исфахана |стр. 34| перед наибами дивана составляют:

с посевов — одну десятую часть,

с тамги ⁸⁴ — половину десятой части,

со скота: с каждой овцы — пол-тассуджа ⁸⁵;

с каждой [головы] крупного рогатого скота — один тассудж ⁸⁶,

с каждой лошади — два тассуджа;

с каждого верблюда — три тассуджа.

[Относительно же] всякого, у кого есть засаженный [плодовыми] деревьями сад и виноградник, наибы и столпы государства, вникнув в то, [каков] размер его урожая, пусть определят харадж ⁸⁷ таким образом, чтобы владельцы были бы довольны и признательны. И пусть не чинят насилия над ними ни в одном из видов [обложения]. Их имения пусть считают освобожденными от таклифат, тавази’ат, калана и купчура и вычеркнутыми [из] записей. Из тысячи [же] всадников, которые они выставляли до этого [в виде] чарика, по приказу этого года не брать больше пятисот всадников. Все содержание и суточные [расходы] выдавать им |л. 19б| из налогов Исфахана. Мы приказали, чтобы полностью были [102] уничтожены и изъяты из текстов реестров и со страниц дафтаров новые налоги ⁸⁸, подобные таким, как тамга с древесины ⁸⁹, мыла, [поставки] фруктов ⁹⁰ и разного рода тканей, выделываемых в Исфахане.

Поскольку мы хотим сделать явными следы добрых дел и благодеяний и чтобы, вспоминая о наших достойных похвалы поступках, заговорили [о них] в [разных] концах мира и в [разных] странах, [говорящих] на благочестивых языках, мы отправили во все вилайеты Ирана (В лен. рук. опущено) от границ реки Амуйе до далекой реки Джун, берегов моря Магриба и границ Рума точно таких же справедливых сердцем наибов и распространяющих правосудие начальников, чтобы таким же образом, как мы это сделали в Исфахане, они составили бы кануны [для] всех этих стран.

Несомненно, [это] станет причиной доброго имени и получения воздаяния, свет радости засияет на челе жителей мира, и ветерок благоденствия распространится во все страны, и города, [во все] края и уголки вселенной. Мир вам!

№ 14 ⁹¹

ПИСЬМО, КОТОРОЕ БЫЛО НАПИСАНО В ВИДЕ УКАЗА ⁹² ЖИТЕЛЯМ БАГДАДА, СВОЕМУ СЫНУ, ЭМИРУ ‘АЛИ, ХАКИМУ БАГДАДА, И СВОЕМУ НАИБУ ОТНОСИТЕЛЬНО ШЕЙХА МАДЖД АД-ДИНА БАГДАДИ ⁹³

Да ведают хакимы, мутасаррифы, знатные люди, сейиды, улемы, кази, поселенцы и ра’ийаты |стр. 35| Арабского Ирака от границ Хульвана до Кадисийи и от Такрита до Басры ⁹⁴, что Маджд ал-Миллат в-ад-Дин — да пошлет всевышний Аллах благоденствие его благородному духу и прочность столпам его неприступных врат! — [являет собой] родник гордости и величия, россыпь разнообразных добродетелей и совершенств, источник добрых дел и привычек, солнце на небе щедрости и благородства, полную луну [среди] старейшин [103] мира, абсолютную (***; в лен. рук. опущено) и заслуженную гордость |л. 20а| высоких степеней и мест, совершенство века и превосходство нашего времени. *Стихи:

То двойное прозвище, которое ему дали,
Стало как бы истинным его именем.

Он окружен разнообразными божескими милостями и беспредельной щедростью, известен благородными делами и похвальным нравом; он поглощен исполнением желаний и удовлетворением нужд простых смертных и всех мусульман, он занят поддержкой добрых [начинаний] (***; в лен. рук. ***) и порицанием тиранов, непокорных, мятежников и порочных людей. Из хирмана (***; лен. рук. ***) «бедность — [это] моя гордость» ⁹⁵ на его долю полностью достались блеск и счастье (Лен. рук. доб. ***). Степень нашего доверия, дружбы, расположения и [доброго] отношения к нему выходит за [пределы] ожидаемого и предполагаемого.

Мы хотим, чтобы луч [изречения]: «И засияет земля светом Господа ее» (Коран, XXXIX, 69), — [исходящий] из. обилия блеска его лучезарного сердца, которое является разливающим свет источником и местом распространения божественной милости, мгновение за мгновением проникал в наше непросветленное сердце, которое в центре тела осквернено горестями бренного мира, и [чтобы] наше огорчение превратилось в радость, а наша темнота в свет. Поскольку тот почтенный господин с давних времен известен тем, что мы преданы ему и [хорошо] относимся к нему, а он [со своей стороны] считает нашу приверженность украшением одежды своей славы и доблести и [поскольку отправление] должности шейха ислама этой области, относящееся к славным делам веры и величайшим занятиям и делам шариата с давних |л. 20б| времен, связано с их [104] именем (об этом говорят знаменитые указы |стр. 36| и приказы халифов Аббасидов), так вот на основании всего, этого мы поручили ему высокую должность шейха ислама, чтобы не было упущено время обучения и он проявил прилежание в обязанности [вознесения] молитв и поминания.

Дорогому сыну ‘Али — да сохранит его всевышний Аллах! — надлежит стараться привести его дела в порядок, поручить ему эту должность и с уважением и почтением, встретить его последователей и приверженцев.

[Вот уже] некоторое время, как мы хотим назначить шейха в ханака счастливого государя ⁹⁶ Газан-хана — да сделает Аллах ясными его доводы [в день Страшного суда]! — которая расположена в городе Багдаде, и назначение попечителя того места принадлежит нам, [шейха], которому были бы. свойственны святость и редкостное искусство [творить] чудеса, дабы то место достигло славы и процветания благодаря заслугам его возвышенных поступков и похвальных действий. Поскольку его милость шейх [Маджд ад-Дин] большую часть времени и большинство часов проводил в одиночестве молитвенного уединения и скрывался в келье отшельничества, по этой причине мы не поручали ему то место. Теперь же по нашей просьбе он склонился [выйти] из уединения в мир и занялся преподаванием учения об единстве божьем и о познании бога. Мы назначили его шейхом того места, чтобы он занялся совершенствованием тех, кто имеет недостатки, обучением учащихся и очищением душ мюридов, с тем условием, |л. 21а| что он возьмется за преподавание ‘Авариф ал-ма’ариф, которое относится к числу сочинений шейха шейхов мира, предводителя знаменитейших суфиев (В лен. рук. последние три слова опущены), лучшего среди столпов веры, [являющегося] украшением идущих [правым путем] и доказательством благочестия, Абу Хафса ‘Умара аc-Сухраварди ⁹⁷ — да освятит Аллах душу его!

[Следует] упорядочить их обязанности и приготовить им [105] пропитание, с тем чтобы шейх, мюриды, привратник, фарраш, муэззин и повар, которые будут жить в том месте, все пользовались покоем и каждый мог заниматься своим делом.

Жители и большинство пользующихся известностью [людей] Багдада — да защитит всевышний Аллах жителей его от насилия и смут! (В лен. рук. ***) — имея этот приказ перед глазами, не [смеют] ослушаться нашего распоряжения или уклониться [от него]. [Им надлежит] проторить путь услужения к почтенному шейху и не поступать так, чтобы его жалоба дошла до нашего слуха ⁹⁸.

Ходже Махмуду ‘Арабу, который ведает делами того места, надлежит |стр. 37| согласно этой росписи держать в порядке жалованье и идрары [лиц], получающих содержание в ханака , а [также] другие расходы, которые определены. И когда узнает о нашем знаке и нашей ал-тамге — [пусть] не ослушается нашего приказа и поверит [ему]. Мир тому, кто следует правильным путем!

Роспись ⁹⁹ жалованья [лицам], получающим

[Лица], получающие ежедневное содержание:

шейх

хлеб — 8 манов;

мясо — 8 манов;

стоимость овощей — [5 динаров?] ¹⁰⁰,

наличные [деньги], необходимые на месяц, — 30 [динаров?] (Скобки и знак вопроса здесь и ниже повторяют издание М. Шафи’); [106]

мыло, необходимое на месяц, — 8 манов;

одежда — комплект зимней [одежды и] комплект летней;

мюриды

хлеб — 30 манов;

мясо — 30 манов;

стоимость овощей — 30 [динаров?];

мыло, необходимое на месяц, — 30 манов;

одежда — 30 пар;

|стр. 38| хафизы — 50 человек

хлеб — 50 манов;

мясо — 50 манов;

стоимость овощей — 5 динаров;

мыло, необходимое на месяц, — 50 манов;

одежда — 50 пар;

привратник — один человек

хлеб — 2 мана;

мясо — 1 ман;

мыло — 1 ман;

наличные [деньги], необходимые на день, — ...[динаров?] (Цифра неразборчива);

муэззины — два человека

хлеб — 8 манов;

мясо — 8 манов;

столовое довольствие — 40 порций;

мыло, необходимое на месяц, — 8 манов;

наличные [деньги], необходимые на день, — ...(Цифра неразборчива);

хранитель книг — [один] человек

хлеб — 1 ман;

столовое довольствие — ... порций (Цифра отсутствует)

мыло, необходимое на месяц, — 1 ман;

наличные [деньги], необходимые на день, — ... (Цифра неразборчива); [107]

подавальщик — один человек

хлеб... (Цифра неразборчива);

столовое довольствие — [одна] порция;

мыло, необходимое на месяц, — 1 ман;

наличные [деньги], необходимые на день, — ... [динаров] (Цифра неразборчива);

|стр. 39| повара — два человека

хлеб — 8 манов;

столовое довольствие — 40 порций;

мыло, необходимое на месяц, — 8 манов;

наличные [деньги] ...[динаров] (Цифра неразборчива);

фарраш — один человек

хлеб — 8 манов;

столовое довольствие — 4 порции;

мыло — 8 манов;

наличные [деньги] — 4 [динара].

Расходы священных ночей:

Праздничные сладости:

мед — 10 манов;

масло — 10 манов;

мука — 10 манов.

Столовое довольствие:

мясо — 20 манов;

пшеница — 10 манов;

рис — 10 манов;

хлеб — 30 манов;

масло — 50 манов;

курдючное сало — 1 ман;

свечи — 50 штук;

масло для светильников — 40 манов.

[Ночь] великих милостей ¹⁰¹ — по праздничному распорядку.

[Ночь] предопределения ¹⁰² — то же самое. [108]

Собрание [знати]

Определено, что в эту традиционную ночь надлежит являться великим и знатным [людям] Багдада, чтобы, как обусловлено, |стр. 40| когда окончится радение, совершить молитву за основателя [ханака] падишаха Газана и инициатора [ее создания] — этого ничтожного. Если Аллаху будет угодно, [молитва] будет услышана!

столовое довольствие — 300 порций;

хлеб — 100 манов;

жаркое — 50 порций;

сладости — 100 порций;

рассказчику— 1 человек — [10 динаров?] (Текст неразборчив. Скобки и знак вопроса повторяют лахорское изд);

свечи — 10 штук;

сахар — 30 порций;

мед — 7 порций.

Пожертвование

Содержание:

мясо — 20 манов;

хлеб — 30 манов;

пшеница — 10 манов;

рис — 10 манов;

баранье сало — 50 манов;

курдючное сало — 1 ман.

Прочее:

[На] блюда и чаши, необходимые на весь год,— 50 [динаров?) (Скобки и знак вопроса повторяют лахорское изд);

[На] дрова, необходимые на весь год,— 300 динаров. [109]

№ 15 ¹⁰³

ПИСЬМО К ЭМИРУ СУТАЮ ¹⁰⁴, ХАКИМУ МОСУЛА И СИНДЖАРА, ОТНОСИТЕЛЬНО ХАСАНА МУСТАФИ

Великий эмир! Самая крупная жемчужина в ожерелье государственного управления, наследник добродетелей святости и главенства эмир Нусрат ад-Дин Сутай, прислушайтесь к беспредельным мольбам и примите безграничные приветствия. |стр. 41| Желание достигнуть свидания и осуществить соединение с этими похвальными качествами столь велико, что не поддается описанию. *Стих:

Недостаточны слова и не охватывают описания его.
Разве ты можешь тем, что тленно, охватить то, что неисчерпаемо!

Цель написания этого письма и отправки данного послания следующая. Ходжа Шараф ад-Дин Хасан Мустауфи с давних времен |л. 21б| занимал должность мустауфи в Мосуле, Талл’афаре ¹⁰⁵, Синджаре и Джазире. Уже некоторое время, как из-за стечения бедствий и ряда несчастных случаев он тонет в море страданий и [горит] в пламени пожара скорби. По причине скудости жизненных средств [он] превратился в бродягу и его уши стремятся разузнать (В лен. рук. ***), каким образом вызвать со стороны этого любящего друга (Т.е. Рашид ад-Дина) особую благосклонную справедливость и быть замеченным взором сострадания. А мы, будучи очень заняты [делами] его величества хакана, проверкой причитающихся дивану налогов , ответственностью за общественные дела, снисканием расположения близких и далеких, пренебрегали его положением. [Это продолжалось] до тех пор, пока внезапно не прибыл из тех краев наш доверенный ходжа Заки ад-Дин Мас’уд ¹⁰⁶ и не доложил этому любящему другу о положении того несчастного, [110] [о том], что он расстроен многочисленностью семьи и скудостью состояния и далек от служения ¹⁰⁷. Он довольствуется самым малым и плавится в горне трудностей. Стих:

Он не решается уехать и не имеет возможности остаться.

Утопающий хватается за каждую травинку! Искреннее расположение к этому любезному другу является обязательным и необходимым, ибо мы думаем о нем соответствующим и приличествующим образом и так печемся о нем и заботимся, что результаты [наших дел] проявляются уже в наше время. Теперь наше мнение об этом и наши намерения относительно этого таковы: |стр. 42| |л. 22а| мы даем вышеупомянутому 2 тысячу динаров ¹⁰⁸ акче-йи рукни из налоговых излишков байт ал-мала ¹⁰⁹ и джизии Мосула, Синджара, Талл’афара и Джазиры и сто ¹¹⁰ джарибов ¹¹¹ зерна — пополам из хараджа с деревень и из [хараджа] с принадлежащих дивану земель . [Зная] о редком великодушии этого сына, надеюсь, что он сделает так, что ему будет как можно скорее дана эта сумма. Относительно него мы уже послали разъяснение доверенным [лицам] мутасаррифам ¹¹² и писцам этого вилайета. Надлежит, чтобы они действовали без задержки и откладывания, дабы он, подготовившись и снарядившись самым скорым и лучшим способом, направился в вилайет Каср, в ‘Имадийу ¹¹³, Танзах ¹¹⁴, и Кала-йи Ф.н.к ¹¹⁵, потому что должность мутасаррифа этих упомянутых пределов специально поручается ему. Поскольку [мы знаем, что] в этом деле не будет допущено нерадения, больше не настаиваем. Мир вам ¹¹⁶!

Распределение

Сообразно с нашим приказом обусловлено без промедления отвечать с упомянутых вилайетов за следующее. Запись эту, написанную поспешно, сохраняйте как документ. А бедные не принимаются при этом в соображение. [111]

[Итак], надлежит, чтобы чиновники дивана действовали согласно следующему:

акче-йи рукнийан — туман [и] три тысячи динаров (= 13 тысяч динаров);

зерно (пополам в иракских мерах ¹¹⁷) — 250 джарибов;

верховые животные с седлом и сбруей — 4 головы.

|стр. 42| Мосул:

акче-йи рукни — 5 тысяч динаров;

зерно — 100 джарибов;

верховое животное — одно.

Синджар:

акче-йи рукни — 3 тысячи динаров;

зерно — 100 джарибов;

верховое животное — одно.

Талл’афар:

акче-йи рукни — 2 тысячи динаров; :

зерно — 20 джарибов;

верховое животное — одно.

Джазира:

акче-йи рукни — 3 тысячи динаров;

зерно — 30 джарибов;

верховое животное — одно.

Написано в городе Тусе в четверг середины великого шабана 670 лунного года [март 1272 г. н.э.], соответствующего году ула ¹¹⁸.