32

ЭКЛОГА

(Во введении к “Прохирону” (Ручной книге, изданной имп. Василием I между 870—879 гг.) касательно издания иконоборческой “Эклоги” говорится: “И скажет кто-нибудь: так как уже наши предки оставили нам нечто подобное, то почему бы не успокоиться на этом сокращении, и зачем было прибегать нам ко второму изданию... Следует знать, что это так называемое руководство содержало не столько избрание (выбор), сколько извращение добрых законоположений, допущенное намеренно собирателями. В “Эпанагоге”, составленной при Василии, Льве и Александре (между 879—886 гг.), в предисловии говорится “О несообразностях изданных исаврийцами в противность божественному догмату и на разрушение спасительных законов”. См. В.Г.Васильевский. Труды, т. IV, стр. 156.)

(Законодательный сборник, изданный императорами-иконоборцами Львом III и Константином V в 726 г. Изд. у Zachariae v. Lingenthal. Collectio librorum juris graeco-romanum ineditorum)

1. Предисловие

(Русский перевод В. Г. Васильевского. См. Труды, т. IV, Л., 1931)

Избрание законов, вкратце учиненное Львом и Константином, мудрыми и благочестивыми императорами, из институтов, дигест, кодекса и новых постановлений (Новелл (Е. Л.).) великого Юстиниана, с исправлением в смысле большего человеколюбия,— изданное в месяце марте, индикте IX, в лето от сотворения мира 6248.

Во имя отца и сына и святого духа императоры Лев и Константин: господь и творец всего, бог наш, создавший человека и отличивший его самовластием [самоопределением, свободной волею], дал ему по слову пророка [Ис. VIII, 4] закон на помощь и посредством оного сделал известным, что следует делать и чего избегать для того, чтобы одно было избираемо, [109] как содействующее спасанию, а другое отметаемо, как ведущее к наказанию...

Занятые такими заботами и устремив неусыпно разум к изысканию угодного богу и полезного обществу (tw koinw), мы поставили впереди всего земного справедливость, как посредницу между людьми и небом и более острую, чем меч, в борьбе с врагами, вследствие той силы, которая приобретается служением ей. Зная, что законоположения, изданные прежними императорами, содержатся во многих книгах, и что заключающийся в них разум для одних трудно постижим, а для других, особенно же для обитающих вне сего богохранимого града (Константинополя), и совершенно недоступен, мы созвали славнейших наших патрикиев, славнейшего квестора и славнейших ипатов [консулов] и прочих, имеющих страх божий, и повелели собрать все их книги к нам, и рассмотрев все с усердным вниманием, сочли приличным, чтобы в этой [одной] книге — частью сообразно с тем, что содержится в книгах благоприличного, частью сообразно с тем, что мы вновь постановили — были более ясно и кратко изложены решения относительно дел, чаще всего встречающихся, и разных договорных сделок, а также [были определены] наказания, соответствующие обвинениям, ради удобообозримого познавания силы таковых божественных законов, ради доброго и здравого разрешения дел, ради справедливого наказания проступков и ради предупреждения и исправления расположенных к преступлению...

Тех, которые поставлены исполнять закон, мы убеждаем и вместе заклинаем воздерживаться от всяких человеческих страстей, но от здравого помысла произносить решения истинной справедливости, не презирать нищего (penhtaV), не оставлять без обличения сильного (dunasthn), неправду деющего, не так [вести себя], чтобы по наружности, на словах превозносить правду и справедливость, а на деле предпочитать несправедливость и лихоимство, как нечто более полезное, но напротив, когда тяжутся перед ними две стороны; одна — наносящая обиду, а другая — пострадавшая, то [стремиться к тому], чтобы обе снова были поставлены в совершенно равное отношение, и чтобы столько именно было отнято у наносящего обиду, насколько они найдут пострадавшим терпящего ее. Те, в душу которых не вложено заранее истинной справедливости, которые или подвержены подкупу деньгами, или благоприятствуют дружбе, или мстят за неприязнь к себе, или же боятся [чужого] могущества, все те не могут править правого суда... Так как господь наш Иисус Христос сказал: “Не судите на лица, но праведный суд судите”, то справедливо воздерживаться от всякого дароимания... Посему, всячески стараясь положить предел такому злому стяжению, мы решили давать мзду [жалование] из нашего благочестивого сакеллия [казначейства] славнейшему квестору и писцам или секретарям и всем служащим по делам судебным, с тем, чтобы они уже ничего не брали с какого бы то ни было лица, судимого у них...”.

2. Статьи

Тит. XVII, 16. Ворующий и продающий свободного ta swma eleuJeron (букв.: тело свободного) подвергается отсечению руки.

Тит. XVII, 17. Обольщающий, ворующий и утаивающий чужого раба присуждается к возвращению этого самого раба или другого его господину или возмещению цены его. [110]

Тит. XVII, 49. Если какой-либо хозяин своего раба ремнями или плетьми ранил и убил, не осуждается как человекоубийца; если же сверх меры его мучил или отравил, или сжег, отвечает как совершивший убийство.

Тит. XVII, 52. Манихеи и монтанисты караются мечом.

Тит. XVII, 20. Бросивший огонь в чужой лес или срубивший в нем дерево присуждается к штрафу в двойном размере.

XVII, 11. Ворующий в другой области государства в первый раз — если это свободный и состоятельный, присуждается к возврату покражи и еще двойной стоимости покражи; если же апор, то будет высечен и выслан в изгнание; во второй же раз присуждается к отсечению руки

(пер. В. Г. Васильевского и Е. Э. Липшиц)
Текст воспроизведен по изданию: Сборник документов по социально-экономической истории Византии. М. Академия Наук СССР. 1951